Анализ романа «Тихий дон» Шолохова

 

В начале урока знакомим учащихся с творческим кредо Шолохова-писателя: «Не может быть художник холоден, когда он творит! С рыбьей кровью и лежачим от ожирения сердцем настоящего произведения не создашь и никогда не найдёшь путей к сердцу читателя.

Я за то, чтобы у писателя клокотала кровь, когда он пишет. Я за то, чтобы лицо его белело от сдерживаемой ненависти к врагу, когда он пишет о нём, чтобы писатель смеялся и плакал вместе с героем, которого он любит и который ему дорог … » (Слово o Родине. — М., 1980)

Как Шолохов воплощает в романе этот нравственно-эстетический принцип творчества в созданных им образах и картинах жизни, пронизанных его авторским чувством, его психологией, интеллектом, его философией бытия? Чтобы разрешить эту главную проблему урока, предлагаю в процессе беседы вопросы-задания.

  1. В эстетике Шолохова, в его философской концепции бытия социально-человеческое и природное, живое и неживое, земное и космическое едины. Обратимся к тексту.

Прочитайте описание земли и космоса в романе «Тихий дон»  (ч. 6, гл. 6) со слов «Вызрел ковыль» до слов « … казачьей, не ржавеющей кровью политая степь» и ответьте на вопрос: «Как писатель рисует синкретическую картину мира?» Подумайте: какие ассоциации возникают у писателя при восприятии земли и космоса?

Какие непривычные сочетания конструирует Шолохов на основе этих сложных ассоциаций? Какая система художественных средств возникает и как за счёт этих средств писатель создаёт обрезы и целостную картину жизни степи и неба?

— Велик круг ассоциаций, возникающих при восприятии летней степи и космоса, ассоциаций зрительных (естепь на многие вёрсты оделась колышущимся серебром», «неотразимо сияет ковыль», «на выцветшей голубени неба нещадное солнце», «бестучье да коричневые стальные полудужия распростёртых крыльев коршуна»); звуковых («металлический звон кузнечиков», «суслики свистят истошно и хрипло»); тактильных («горячая трава», «степь горячая», «зной»); обонятельных («земля накопила горечь полыни»).

— Конструируя непривычные сочетания на основе этих ассоциаций, писатель создаёт систему художественных средств — эпитеты, сравнения, метафоры. В результате у неживой при роды появляются свойственные живому приметы: «на седой хребтине» (ковыля); неживое воспринимается как живое: «ковыль молитвенно клонился», «земля … тосковала о прохпаде», «никла безрадостная выгоревшая полынь»; космическое сближается с земным: «зыбились гордые звёздные шляхи, не попранные ни копытом, ни ногой», «просторный Млечный Шлях сплетался с иными звёздными путями».

— Рассветное небо у Шолохова уподобляется степному полю в засуху: «пшеничная россыпь звёзд гибла на чернозёмно-чёрном небе, не всходя и не радуя ростками». Необычно ёмок здесь двусоставный эпитет цветообозначения — на -чернозёмно-чёрном» небе. Первая часть обозначает субъективный признак, вторая — общепринятый.

Вторая часть дополняет, уточняет обозначенный первой частью признак и сближает космическое и земное. Картина завершается лирическим отступлением. Каким? И как оно по содержанию, форме и композиционно связано с предшествующим текстом?

— Лирическое отступление: «Степь родимая! Горький ветер, оседающий на гривах косячных маток и жеребцов. На сухом конском хребте от ветра солоно. И конь, вдыхая горько-соленый запах, жуёт шелковистыми губами и ржёт, чувствуя на них привкус ветра и солнца. Родимая степь под низким донским небом! Вилюжина балок, суходолов, красно-глинистых яров, ковыльные курганы в мудром молчании, берегущие зарытую казачью славу …

Низко кланяюсь и по-сыновьи целую твою пресную землю, донская, казачьей, не ржавеющей кровью политая степь!» — по содержанию продолжает повествование о степи. Поражает образ степных просторов и образ коня, созданный на основе сложных зрительно-звуковых, обонятельно-осязательных и вкусовых ассоциаций.

Здесь вкус определяется через обоняние: «горький ветер», обоняние через вкус: «горько-соленый запах». Кстати, это характерно для Шолохова — определение воспринимаемого одним человеческим органом через другой, определение звука, действия, например, через цвет: «белый, неумолчный серебряный перепелиный бой».

— По форме лирическое отступление представляет собой обращение. Ключевое слово здесь «степь». Выделенное композиционно, оно начинает, завершает и делит текст обращения на две части. Троекратное обращение в восклицательной форме (выделено графически восклицательными знаками) с нарастающим рядом определений, назывные предложения, осложнённые однородными членами, инверсия создают особый эмоционально-взволнованный тон обращения, в котором писатель признаётся в своей сыновней любви к родной степи — самой дорогой и близкой частице огромного мира под «низким донским небом», политой «казачьей, не ржавеющей кровью».

  1. Лирические отступления в романе «Тихий дон» постоянно просвечивают повествование о мирной и ратной жизни казаков, об исторических событиях и героях, в них участвующих. В лирическом отступлении о войне (ч. V, гл. 1) писатель рассказывает о горе и страданиях вдов. Как же автор изображает войну и как к ней относится?

— «Многих недосчитались казаков — растеряли их на полях Галиции, Буковины, Восточной Пруссии, Прикарпатья, Румынии, трупами легли они и истлели под орудийную канонаду», «позаросли бурьяном высокие холмы братских могил», «придавило их дождями, позамело сыпучим песком».

Сердце автора переполнено горечью, выраженной в одинаково начинающихся предложениях, повторах, заканчивающихся отрицанием: «и сколько ни будут простоволосые казачки выбегать на проулки и глядеть из-под ладоней, — не дождутся милых сердцу! Сколько ни будет из опухших глаз ручьиться слёз — не замыть тоски! Сколько ни голосить в дни годовщины и поминок, — не донесёт восточный ветер криков их до Восточной Пруссии, до осевших холмиков братских могил!»

Инверсия, афористичность бессоюзных предложений, состоящих из двух частей (сопоставляются природные процессы и жизнь человеческого сердца): «Травой зарастают могилы — давностью зарастает боль. Ветер зализал следы ушедших — время залижет и кровяную боль и память тех, кто не дождался родимых и не дождется, потому что коротка человеческая жизнь и немного всем нам суждено истоптать травы … »

Автор напрямую обращается к жене Прохора Шамиля, чьё горе безысходно: «Рви, родимая, на себе ворот последней рубахи!/ Рви жидкие от безрадостной, тяжелой жизни волосы, / кусай свои в кровь искусанные губы, / ломай изуродованные работой руки / и бейся на земле у порога пустого куреня! / Нет у твоего куреня хозяина, / нет у тебя мужа, у детишек твоих отца, / и помни, что никто не приласкает ни тебя, ни твоих сирот, / никто не прижмёт к груди твою голову ночью, / когда упадёшь ты, раздавленная усталостью, / и никто не скажет тебе, как когда-то говорил он: «Не горюй, Аниська, / Проживём!» / Не будет у тебя мужа, потому что высушила и изнурила тебя работа, нужда, дети; / не будет у твоих полуголых, сопливых детей отца: / сама будешь пахать, боронить, задыхаться от непосильного напряжения, / скидывать с косилки, метать на воз, поднимать на тройчатках тяжёлые вороха пшеницы и чувствовать, / как рвётся что-то внизу живота, / а потом будешь корчиться, накрывшись лопухами, и исходить кровью».

Отрывок легко членится на синтагмы, близкие к стихотворным строкам, а лексические анафоры в разных грамматических формах (союзы, частицы), синтаксический параллелизм усиливают интонационную и смысловую выразительность.

В лирическом монологе о матерях, ждущих сыновей с ГражданскоЙ войны (ч. VI, гл. 46), писатель-гуманист осуждает обессмысленную жестокость враждующих сторон.

Выразительно прочитайте текст и ответьте на вопрос: что, по мысли автора-гуманиста, ждёт молодого казака-повстанца и бойца красноармейца? И что объединяет их матерей?

«Деды и прадеды истлели, встретит его мать, всплеснув руками, и долго будет голосить по мёртвому, рвать на седой голове космы волос! А потом, когда похоронят и засохнет глина на могилке, станет состарившаяся, пригнутая к земле неусыпным материнским горем, ходить в церковь поминать своего «убиенного» Ванюшу либо Сёмушку».

Таким же сочувствием проникнут рассказ о московском или вятском погибшем пареньке (горе матерей едино независимо от политических пристрастий): «Горькой тоской оденется материнское сердце, слезами изойдут тусклые глаза, и каждодневно, всегда, до самой смерти, будет вспоминать того, которого некогда носила в утробе, родила в крови и в бабьих муках и который пал от вражеской руки где-то в безвестной Донщине … »

В завершение этой части урока замечаю, что авторские лирические монологи, раздумья о жизни природы и человека, комментарии событий и их оценка, оценка поступков героев, краткие сентенции как обобщение наблюдений и жизненного опыта разбросаны по всему роману и создают ощущение его эмоциональной насыщенности.

З. Широко представлены в романе прямые авторские характеристики персонажей. Через портрет как средство выражения эстетической позиции Шолохов стремится передать оценки, своё представление о прекрасном и безобразном.

Обратимся к тексту. Как писатель характеризует власть имущих в хуторе Татарском — купца Мохова, его семейство, «друзей» и помощников (ч. 11, гл. 1) и Митьку Коршунова (ч. 4, гл. 6) и как передаёт своё авторское отношение к ним?

— Своё отношение автор передаёт через обилие эпитетов, эмоциональных слов с экспрессией отрицательной оценки: сын Мохова Владимир «вялый, золотушный», «узкий, болезненно-хилый» паренёк; у компаньона Мохова Атепина «щелки капустных глаз». В «смуглый кулачок» Мохова, «покрытый редким, глянцевито-чёрным волосом, крепко запал хутор Татарский и окрестные хутора» (точна и ёмка здесь метафора, контрастны «кулачок» и хутора, зажатые в нём) — всё это свидетельства сатирического изображения персонажей и явно отрицательного
авторского к ним отношения.

— У блудливого, шкодливого и вороватого Митьки Коршунова даже фамилия «хищная». Анималистический эпитет («кошачьи глаза», «зрачки кошачьи) подчёркивает его хищническую сущность. Митька действительно стал хищником — волком, что и находит своё подтверждение в сравнении: «Улыбаясь, топтал Митька землю лёгкими волчьими ногами — было много в нём от звериной этой породы, в походке увалистой — шаг в шаг, в манере глядеть исподлобья зелёными зрачкастыми глазами, даже в повороте головы: никогда не вертел Митька контуженой шеей — поворачивался всем корпусом, коли надо было оглянуться».

По-другому автор относится к любимым героям — казакам- труженикам и воинам. Сопоставьте результаты наблюдений над текстом романа — портретные сравнения: «Дуняша с мокрыми от слёз глазами, блестящими, как зёрна обрызганного росой паслёна», «щеки у Авдеича загорелись, как гроздья калины»; «сваха зеленела от водки, как зашибленная морозом лесная груша-зимовка»: курчавый, «обвислый чуб (казака) выставлялся из-под надетой набекрень папахи белой виноградной кистью», «невысокая, но складная, как голуб» (казачка), «невысокая, но ладная, как куропатка» (хозяйка), «витая, как у ягнёнка, голова» (казака),

Григорий уснул, завернув голову под полу, «как птица под крыло», Ильинична «распушилась, как грач перед полётом», Дуняша «ласточкой чертила баз», «возле его [Григория] серенькой куропаткой чечекала низкорослая казачка — и сравнения, характеризующие внутренний мир героев: «И если раньше правил он [Пантелей Прокофьевич] жизнь, как хорошо наезженного коня на скачках с препятствиями, то теперь жизнь несла его, словно взбесившийся запененный конь, и он уже не правил его, а безвольно мотался по колышущейся хребтине и делал жалкие усилия, чтобы не упасть».

«Григорий почувствовал, как кривит его губы улыбка, виноватая, просящая, и он покраснел от стыда за своё невольное, неподвластное разуму проявление слабости: «Как нашкодившая собака перед хозяином», — стыдоба обожгла его мысль, и на миг выросло перед глазами: такой же улыбкой щерил чёрные атласные губы убитый белогрудый кобель, когда он, Григорий, хозяин, вольный и в жизни и в смерти, подходил к нему, и кобель, падая на спину, оголял молодые резцы, бил пушистым рыжим хвостом» — и обобщите результаты этих наблюдений, подумав, чем портретные сравнения отличаются от сравнений, употребляемых автором при раскрытии внутреннего мира героев.

— В портретных сравнениях автор передаёт внешнюю красоту героев, взятую ими у родной степи, у её цветов, трав, растений, у её живого мира.

— В портретных сравнениях преобладают одиночные или распространённые эпитеты, определения, эмоционально окрашенные слова с экспрессией положительной оценки.

— В сравнениях, характеризующих внутренний мир героев (динамичный, противоречивый), больше динамики, в них обычно есть скрытое сравнение-метафора, выраженное глаголами, глагольными формами или отглагольными существительными, поясняющими действие, состояние или признак действия.

— В одном предложении (жизнь Пантелея Прокофьевича) — два противоположных друг другу сравнения: привычная жизнь прежде — «хорошо наезженный конь», теперь — «словно взбесившийся конь», непослушный и неуправляемый; раньше «управлял сам», теперь «жизнь несла его» (глагольная метафора). Эпитет «жалкие» как бы сближает автора с героем. Повествователь оценивает изменившуюся жизнь с двух точек зрения — героя и автора.

— Предложение-сравнение (Григорий и его собака) содержит большое количество глаголов и глагольных форм («кривит», «покраснел», «ожгла», «щерил», -подходил»: «просящая», «нашкодившая», «убитый»), определений, сравнений («как нашкодившая собака»), скрытых метафор («стыдобой обожгла мысль», «улыбкой щерил губы … кобепь»).

Ряд сравнений у Шолохова представляют собой авторский комментарий в форме вводных предложений: «Пантелей Прокофьевич секунду глядел на сноху, багровея в немой ярости, молча зевал широко открытым ртом (был похож он в тот миг на выпущенного из воды сазана)».

Объясните: в чём суть таких конструкций?

— Здесь вводное предложение поясняет внутреннюю сущность душевного движения героя. Первая часть такой конструкции — описание внешнего проявления эмоций, вторая — субъективное отношение автора к этому состоянию, переданное через сходство с его проявлением у живых существ. В результате появляется особая экспрессия и создается по-шолоховски неповторимый предметно-зримый словесный образ, а переломные, итоговые моменты в судьбах героев писатель сопоставляет внутреннюю жизнь персонажей с природными процессами.

Например, в эпизоде, повествующем о состоянии Григория после похорон Аксиньи (ч. VlII, гл. 18), автор сравнивает жизнь Григория и выжженную палами весеннюю степь. Каким авторским чувством проникнуто это сопоставление и как писатель передаёт его в содержании, в композиции эпизода?

— Авторская скорбь, осуждение и сострадание звучат в этом эпизоде. Здесь первая и третья части — степь во время пожара (<<огонь, жадно пожирающий отжившие свой век травы-) и безжизненная, «зловеще чернеющая и мёртвая, обуглившаяся земля» — сопоставляются со второй частью — степью, полной жизни: «кругом весело зеленеет молодая трава, трепещут над нею в голубом небе бесчисленные жаворонки, пасутся на корм овитой земле перелётные гуси и вьют гнёзда осевшие на лето стрепета», — и лишь после такого сопоставления — авторский вывод-сравнение: «Как выжженная палами степь, черна стала жизнь Григория» — И раскрытие его содержания: «Он лишился всего, что было дорого его сердцу. Всё отняла у него, всё порушила безжалостная смерть».

Сурово звучит авторская оценка: «Остались только дети. Но сам он всё ещё судорожно цеплялся за землю, как будто и на самом деле изломанная жизнь его представляла какую-то ценность для него и для других … »

В результате такого двойного сопоставления идеальное (духовное), «материализуясь», воспринимается как зримое, ощутимое и одновременно утверждающее торжество жизни над смертью. Но у природы в её вечном круговороте обновления свои законы, у человеческой жизни — свои. Однако у романа открытый финал: жизнь продолжается. Значит, обновится и душа Григория. Порукой тому оставшееся в нём мужество самооценки (утопил винтовку и патроны), возвращение к родному очагу и сыну. Но какой будет его жизнь, Шолохов-реалист не знает, но он знает главное: человек ответствен перед историей, история — перед человеком.

  1. Когда даются характеристики героев, изображаются их поступки, размышления, настроение, чувства, структура повествования усложняется, вводится субъективно- речевой план персонажа. И тогда нравственная оценка, нравственная позиция автора обнаруживаются через выбор деталей и признаков, их ассоциативное сближение, через экспрессивную окраску слов, конструкцию фраз, эпизодов. Совмещая нравственное сознание героя, его психологию, чувства, мысли, точку зрения с авторскими, Шолохов создаёт двуплановость воспринимаемого.

Импульсивны действия и поступки Григория, сложны его чувства и оценки события в эпизоде его раздумий о восстании (ч. 6, гл. 28). Прочитайте несобственно-прямую речь героя и скажите, как автор изображает нравственный мир Григория в этом эпизоде.

— Авторское: «Ясен, казалось, был его путь, как высвеченный месяцем шлях» (вводное слово субъективной неопределённости принадлежит герою и автору одновременно) — и Григорьево: «О чём было думать? Зачем металась душа, — как зафлаженный на облаве волк, — в поисках выхода, в разрешении противоречий?

Жизнь оказалась усмешливой, мудро-простой». И вновь авторское: «Теперь ему уже казалось, что извечно не было в ней такой правды, под крылом которой мог бы погреться всякий, до края озлобленный, он думал: у каждого своя правда, своя борозда … » И слияние авторского и Григорьева: «Надо биться с теми, кто хочет отнять жизнь, право на неё, надо биться крепко, не качаясь … » И вновь Григорьево: «Пути казачества скрестились с путями безземельной мужицкой Руси, с путями фабричного люда. Биться с ними насмерть, рвать у них из-под ног тучную донскую, казачьей кровью политую землю. Гнать их, как татар, из пределов области! Тряхнуть Москвой, навязать ей постыдный мир! .. На узкой стёжке не разойтись. Проба сделана: пустили на войсковую землю красные полки, испробовали? А теперь — за махину!»

И авторский комментарий: «Об этом, опалённый слепой ненавистью, думал Григорий». И дальше взятая в такое своеобразное авторское кольцо несобственно-прямая речь переходит во внутренний монолог: «Богатые и бедные, а не казаки и Русь … Мишка Кошевой и Котляров тоже казаки, а насквозь красные … » И вновь авторское: «Но он со злостью отмахнулся от этих мыслей».

Иногда несобственно-прямая речь звучит иронично, например в эпизоде встречи генералов (ч. 4, гл. 12). Чем в этой сцене вызвана ирония? Соответствует ли поведение Пантелея Прокофьевича его внутреннему состоянию? Как Пантелей Прокофьевич относится к самому себе? Соответствует ли его оценка собственной персоны реальности? Проследите за состоянием Пантелея Прокофьевича до встречи с генералами и во время встречи. Что ценят в генералах герой и автор? Совпадают ли их оценки?

— Состояние старого казака до встречи с генералами передано в авторской речи: «Пантелей Прокофьевич испытывал к генералам чувство трепетного уважения», «отдал атаману кобылу», «бросил работу в поле», волновался, держа в руках блюдо с хлебом и солью («блюдо дрожало в его руках», «пригладип бороду», «молодецки расправил грудь»). В ответ на беспокойство атамана, не уронит ли он блюдо, пренебрежительно «дёрнул плечом».

И хвастливая, полная собственного превосходства над трусом мысль, подчёркнутая восклицательными знаками: «Он-то уронит! Может же человек сказать такую глупость! Он, который был членом круга и во дворце наказного атамана со всеми здоровался за руку, и вдруг испугается какого-то генерала? Этот несчастный атаманишка окончательно спятил с ума!»

— При виде генералов Пантелей Прокофьевич «стоял навытяжку», «смотрел не мигая», но во взгляде «появилось нескрываемое удивление», которое находит своё объяснение в несобственно-прямой речи, состоящей сплошь из вопросов: «Где же висячие генеральские эполеты? Где аксельбанты и ордена? И что это за генералы, если по виду их ничем нельзя отличить от обыкновенных солдатских писарей?»

Появляется злость на себя, на «сопливую старушонку», на хихикающих детей. И вновь высокомерие, подчёркивающее значимость персоны: «За свою бытность Пантелей Прокофьевич не таких генералов видывал!

Взять хотя бы на императорском смотру: иной идёт — вся грудь в крестах, в медалях, в золотом шитье: глядеть — и то душа радуется, икона, а не генерал» — и пренебрежение, презрение к генералам-иностранцам, находящее своё выражение в экспрессии слов, сравнений: «все в зелёном, как сизоворонки», «не фуражка, а котелок с кисеёй», «морда выбрита, ни одной волосинки не найдёшь, хоть с фонарём ищи».

Несоответствие внешнего внутреннему, желаемого (воображаемого) реальному и вызывает смех.

— Автор разделяет точку зрения Пантелея Прокофьевича: генерал «милостиво принял (сделал одолжение!) хлеб-соль и передал адъютанту». Но если в генералах для автора главное — их нравственная суть, то для его героя — лишь внешнее обличие.

  1. Однако субъективно-речевой план персонажа не ограничен в романе несобственно-прямой речью. Он включает в себя и чувственное восприятие, например в картине ночи в восприятии Подтёлкова, бывшего рабочего купца Мохова, ныне командира сотни, отказавшейся участвовать в мятеже Корнилова (ч. IV, гл. 15).

Прочитайте текст со слов «Мягкая, ночная, ласковая тишина … » до слов «вычеканен млечный путь» и конец главы (последний абзац) и ответьте на вопросы: какие чувства и мысли возникают у Ивана Алексеевича при восприятии ночной жизни? Что тревожит старого большевика и не даёт ему покоя? Какие художественные средства использует автор для раскрытия его состояния?

— В природе умиротворение и покой: «Мягкая, ночная, ласковая тишина паслась на лугу». «Тишина … паслась» — яркая олицетворённая глагольная метафора. Абстрактное «тишина» сочетается с глаголом — действием живого существа. Но писатель указывает место действия – «на лугу» И время – «ночная», и по ассоциации возникает образ пасущихся в ночном лошадей. В оценочных эпитетах «мягкая», «ласковая» многое от персонажа — от его чувств и настроения, — Иван Алексеевич всматривается, вслушивается в ночь, вдыхает её запахи.

Не видя самих предметов, он определяет их по издаваемым ими характерным звукам («звук конской треноги», «брызжущие фырканье да тяжёлый туп и кряхтенье лежащей лошади», «хриплый зов дикого селезня», «кряк утки» (выразительны здесь эти народные усечённые имена существительные: «звяк», «туп», «кряк»), «стремительный строчащий пересвист невидимых в темноте крыльев»); по запаху («сложные запахи мочажника, болотистой почвы, намокшей в росе травы нёс к казачьему стану ветерок»).

Тишина и многозвучие ночи, покой и движение в природе не успокаивают Ивана Алексеевича: из его сознания не уходят тревожные мысли о мятеже, о настрое казаков, их судьбе и о судьбе донской земли. Всё это находит своё выражение в сравнении: «А над древней псковской землёй неусыпным напоминанием, широким обуглившимся шляхом вычеканен Млечный Путь». Это «неусыпное напоминание» о судьбе казачества, о грядущих грозных событиях на донской земле вновь и вновь возвращается к Ивану Алексеевичу и не даёт ему покоя.

Заметив колебание казаков, поднял сотню «на конь» и, угрожая оружием корниловским переговорщикам, выделяет среди них одного, самого «настырного» офицера-ингуша: видит «ослепительно сверкающую» белую полоску на обшлаге рукава его черкески, ставшую для него символом и олицетворением лютого врага, — и «перед лицом его почему-то встала взлохмаченная ветром-суховеем грудь Дона, зелёные гривастые волны и косо накренившееся, чертящее концом верхушку волны крыло чайки-рыболова».

В повествовании о жизни летней степи по дороге в Каргинскую (ч. VI, гл. 51), данном в восприятии Григория, автор передаёт то новое, что появилось в нравственном мире Мелехова после боя и истеричного припадка под Климовкой. Григорий остро чувствует красоту родной земли: «с высоты седла» он видит перебегающих дорогу «длинных сусликов», следит за полётом «снежно-белого стрепета», слышит непризывное, неудержимо страстное трожиканье» самцов. Всё это дано как в цветном кинофильме (обилие эпитетов со значением цвета). Картины-кадры, сменяя друг друга, завершаются общим планом:

-Незримая жизнь, оплодотворённая весной, могущественная и полная кипучего биения, разворачивалась в степи: буйно росли травы»; «сокрытые от хищного человеческого глаза, в потаённых степных убежищах поднимались брачные пары птиц, зверей и зверушек, пашни щетинились неисчислимыми остриями выметавшихся всходов. Лишь отживший свой век прошлогодний бурьян — перекати-поле — понуро сутулился на склонах рассыпанных по степи сторожевых курганов, подзащитно жался к земле, ища спасения, но живительный, свежий ветерок, нещадно ломая его на иссохшем корню, гнал, катил вдоль и поперёк по осиянной солнцем, восставшей к жизни степи».

— Здесь в двух сложных предложениях, соединённых частицей «лишь», противопоставлены жизнь и смерть: с одной стороны, символы жизни — живительный весенний ветер, буйно растущие травы, неисчислимые острия всходов, «брачные пары птиц, зверей и зверушек»; с другой — «отживший свой век прошлогодний бурьян – перекати поле», который «понуро сутулился», «беззащитно клонился к земле» (необыкновенно ёмки и выразительны здесь эти олицетворения — глагольные метафоры-персонификации).

Обилие однородных сказуемых, выраженных глаголами-действиями, отглагольными формами-определениями, одиночными и распространёнными причастиями, деепричастиями и деепричастными оборотами, создаёт особую динамику и ритм повествования, и текст звучит как гимн весне и торжествующей жизни природы, оттеняющей духовный мир Григория и живущей по своим законам.

В конце урока вместе с учащимися делаем вывод об образе автора в романе. Шолохов в «Тихом Доне» выступает и как философ, размышляющий о земном и космическом, природном и социально-человеческом, вечном и преходящем, и как историк, гражданин, патриот и гуманист, и как духовно богатый писатель с его мечтой о гармонии человеческой души с окружающим миром.

Он обнаруживает себя в структуре повествования, при котором воспроизведение действительности определяется двумя планами: планом автора и планом персонажа. При постоянном взаимодействии плана автора и плана персонажа велика роль лирической экспрессии, которая органически входит в концепцию характеров и картин жизни и создаёт ощущение эмоционально-интеллектуальной насыщенности романа. В этом заключается одна из особенностей поэтики произведения и причина его огромного воздействия на читателя.

Поделитесь своим мнением
Для оформления сообщений Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

© 2017 Инфошкола