0
(0)

Эпизод «Встреча Печорина с Максимом Максимычем» – это первое знакомство читателя с главным героем «лицом к лицу». Всё, что до этого момента мы знали о Печорине, дошло до нас из уст Максима Максимыча, который, при всей теплоте и искренности его отношения к Григорию Александровичу, совершенно его не понимает.

Повествователь настоящей главы – странствующий офицер (не автор, не Лермонтов и это очень важно!), способный, по всему видно, к непредвзятому наблюдению: об этом свидетельствует нейтральный, точный и простой язык повествования. Время прочтения предлагаемого отрывка близко к реальному времени совершения описываемых событий, что создаёт ощутимый «эффект присутствия» (всё совершается как будто перед нашими глазами) и подчёркивает значимость изображаемого эпизода.

Выделяются следующие композиционные элементы текста:

  1. экспозиция (появление Печорина);
  2. портрет Печорина;
  3. встреча его с Максимом Максимычем;
  4. диалог встретившихся героев.

Рассмотрим названные элементы последовательно.

Уже то, что Печорина встречает его лакей с докладом и ящиком с сигарами, а также именование героя «господином» закладывает в сознание читателя некий сигнал «барства», «вышестояния» по сравнению с людьми обыкновенными – и нельзя сказать, что это сообщает герою привлекательность.

Однако знаменитый портрет Печорина, на который отведено больше страницы (для русской прозы того времени это немало!), наоборот, внушает чувство непреодолимой симпатии, непреодолимой тем более, что она плохо объяснима: ведь портрет очень противоречив. В самом деле, с одной стороны – «крепкое сложение», «стройный, тонкий стан», «аристократическая рука», «бельё изобличает привычки порядочного человека»; с другой – походка «небрежна и ленива», а уж «нервическая слабость» осанки и равнодушное спокойствие взгляда воспринимаются как подземные толчки, предупреждающие об обречённости героя, о его иссякающих жизненных силах.

Тем не менее «что-то детское» в улыбке, «благородный лоб», «признаки породы» (чёрные усы и брови при белокурых волосах) и главное – загадочность взгляда (глаза «не смеялись, когда он смеялся!») делают своё дело: привлекают и заинтриговывают, обещают и заманивают. Существенно, что психологическая интерпретация деталей внешности повествователем не навязывается: читатель вправе решать проблему этого истолкования сам, к тому же ему предлагается альтернатива (странность взгляда – «это признак – или злого нрава, или глубокой постоянной грусти»).

Кроме того, все психологические замечания даются по поводу движений героя (походка, улыбка): это позиция не всеведущего автора, а повествователя-наблюдателя. Его заключительные фразы, лишённые вся- кой загадочности и пафоса (см.: «Скажу в заключение, что он был вообще очень недурён и имел одну из тех оригинальных физиогномий, которые особенно нравятся женщинам светским»), а также имеющие некий иронический оттенок, не оставляют Печорину никакого шанса стать романтическим героем.

Итак, читатель несколько сбит с толку и заинтригован. И тут «что было мочи» прибегает Максим Максимыч. Краткое и выразительное его описание показывает все нетерпение штабс-капитана, всю его любовь к Печорину, страстное желание встречи… Но тот «довольно холодно, хотя с приветливой улыбкой» протягивает руку.

Диалог являет нам разительную противоположность речи собеседников. Фразы Печорина гладкие, спокойные, сдержанные. Из уст Максима Максимыча, напротив, вырываются почти одни только эмоциональные обрывочные восклицания и вопросы, вопросы, вызванные неподдельным интересом к жизни собеседника. Но этот-то интерес и подводит бедного старика: он вспоминает о Бэле – и тут происходит первый сбой в уравновешенном поведении Печорина (кстати, предложение, повествующее об этом, вы- делено в отдельную строку и снабжено многоточием): «Печорин чуть-чуть побледнел и отвернулся…»

Вдумчивому читателю ясно, что штабс-капитан, не желая и не понимая того, задел больное место, коснулся душевной раны – но Печорин овладел собой и до конца выдержал дружески вежливый тон. Да, он неискренен; но трудно ждать от человека искренности в таких обстоятельствах (не забудем, что собеседники не одни). Да, Печорин не любит Максима Максимыча (хорошее и ровное от- ношение далеко от любви), не дорожит встречей с ним, но он не дорожит и собой: ему нет дела до судьбы своих записок, да и до своей собственной судьбы.

Диалог «не понимающих» друг друга собеседников – очень распространённая в литературе ситуация (вспомним Базарова и Павла Петровича, Обломова и Штольца, даже Онегина и Ленского).

В нашем конкретном случае позиции собеседников можно охарактеризовать следующим образом:

  • Печорин. Понимает и себя, и Максима Максимыча, но не желает обнаружить это понимание: ему слишком дорого с трудом завоёванное собственное спокойствие, ему не хочется лишней боли, которая неизбежна, если разговор станет хоть чуть-чуть откровенным.
  • Максим Максимыч. Не понимает Печорина, хотя искренне его любит. Однако любовь без понимания и наносит самые чув- ствительные удары. Ослеплённый своим негодованием на холодность Печорина, штабс-капитан по существу предаёт его – отделывается от печоринских рукописей, не может удержаться от публичного осуждения недавнего друга, хотя и сам страдает глубоко и неподдельно.

Как видим, простой диалог свидетельствует, по существу, о разрыве отношений между людьми. Жалко читателю обоих; это ощущение жалости складывается неуловимо, но отчётливо – из эпитета «бедный старик», из многоточия после жеста Печорина, означающего: «вряд ли! да и зачем?..»

Противоречивые детали реальности, как внешней, так и внутренней, психологической, многозначность возможных истолкований – всё это есть в рассмотренной нами сцене. Так складывал Лермонтов свой великий роман, сочетающий в себе авантюрную фабулу и живые портреты чувствующих и мыслящих героев.

0 / 5. 0

.